Осторожно — культурное наследие
Успеть до сорокалетия
Санкт-Петербург, 31 января 2020 года. Близ спортивно-концертного комплекса (СКК) «Петербургский» на проспекте Гагарина многолюдно, что совсем нетипично для пятничного утра. Журналисты, несколько телевизионных бригад, градозащитники и зеваки окружили площадку, где начался демонтаж СКК — одного из знаковых сооружений позднесоветского Ленинграда.
Внезапно СКК начал обрушаться, разлетающиеся конструкции кровли подбросили рабочего, который срезал ее крепеж, и человек скрылся в руинах комплекса. Поскольку журналисты транслировали демонтаж в режиме онлайн, то этот смертельный полет наблюдали тысячи зрителей.
Шокированная публика поняла: что-то пошло не по плану.
СКК имени В. И. Ленина (советское название комплекса) строили к московской Олимпиаде 1980 года, и проект тогда считался прорывным: это было первое в мире сооружение, перекрытое стальной, предварительно напряженной мембраной. Инженеры ЛенЗНИИЭП придумали, как натянуть над залом диаметром 160 метров мембранную кровлю толщиной 6 мм. Она в 112 точках крепилась к опорному железобетонному кольцу, обеспечивая надежность конструкции. Впоследствии по такому принципу было построено немало сооружений, в том числе олимпийских.
К концу 2010-х СКК сильно обветшал. О планах реконструировать его под базу хоккейного клуба СКА в разные годы говорили и вице-президент СКА Роман Ротенберг, и президент «армейцев» Геннадий Тимченко. Но о том, что Смольный подписал концессионное соглашение с компанией «СКА Арена» о реализации этого проекта, стало известно только 16 января 2020 года. Уже 28 января «СКА Арена» объявила, что кровля у здания аварийная и ее придется демонтировать. Что и начали делать подрядчики «СК „Прайд“» и «АН-Дорстройтранс» — как писали СМИ, без согласованного Главгосэкспертизой проекта демонтажа и с грубыми нарушениями техники безопасности.
Спешка, которая привела к трагедии, была связана с тем, что спортивно-концертный комплекс мог со дня на день попасть под охрану, предположили специалисты: 31 января исполнялось ровно 40 лет с момента ввода арены в эксплуатацию, что давало основания для присвоения СКК статуса объекта культурного наследия (ОКН).
Градозащитники заявили, что 3 февраля, в понедельник, подадут соответствующую заявку в петербургский комитет по госконтролю, использованию и охране памятников (КГИОП). Одна такая попытка у них уже была, и Смольный им отказал, сославшись как раз на возрастной ценз. В период рассмотрения новой заявки сносить и перестраивать здание было бы нельзя. А если статус ОКН будет получен — тем более.
Поскольку здание обрушилось, то сохранять было нечего. На месте арены в ноябре 2023 года открылся новый спортивный комплекс стоимостью более 35 млрд рублей. Правда, он так и не стал базовым стадионом для СКА: клуб отыграл здесь лишь несколько матчей 2024 года, а в 2025-м переехал в другой район Петербурга — в Ледовый дворец, где стоимость аренды в 15 раз ниже.
Специализация — «Инвестор-рестовратор»
Присвоения охранного статуса компания «СКА Арена» боялась не зря: ОКН нельзя сносить и вообще менять их внешний вид, часто запрещено перестраивать и внутреннее пространство зданий. Инвестор обязан восстановить исторический облик памятника и поддерживать его в нормативном состоянии в ходе эксплуатации. Далеко не каждой компании это по силам.
Например, предприниматель Валерий Ишназаров, выиграв в декабре 2023-го на конкурсе право заняться восстановлением ОКН «Дом Новиковых» в Уфе, отказался от него. До торгов ему не разрешили детально осмотреть здание. Когда же он попал внутрь, то понял: деревянный памятник находится в крайне плачевном состоянии и восстановить его за год с небольшим, как того требует городская администрация, не получится. В ОКН не было инженерных коммуникаций, частично уничтожена деревянная обшивка, деформированы цоколи и отмостки и т. д.
В феврале 2024 года на повторных торгах «Дом Новиковых» приобрел Искандер Сунгатуллин, председатель совета директоров уфимского НИПИ «Пегаз», директор московского НПЦ «Зеромакс». Он должен был завершить реставрацию к концу июня 2025-го. Но пока объект не сдан.
Похожая история сейчас разворачивается в Тамбове. Дом.РФ на 1 июня назначил торги по продаже ОКН «Дом жилой», расположенного на пересечении улиц Базарной и Куйбышева. В мае 2024-го этот деревянный памятник XIX века купила компания «СК Старт». Но год назад отказалась от него. Судя по фото в прессе, особняк представляет собой сгоревшие руины. От инвестора требовалось восстановить его исторический облик за 2,5 года. И хотя объект достался «Старту» всего за 1 рубль, компания, очевидно, решила, что не потянет финансовую нагрузку по реставрации развалин.
После этого муниципалитет еще дважды пытался продать лот на торгах, но безуспешно. Теперь им занимается Дом.РФ. Привести ОКН в порядок — не проблема, говорят бизнесмены. Сложность в том, что часто от инвестора требуется работа на уровне профессионального реставратора. То есть полное воссоздание исторического облика здания — от точного попадания в аутентичный колер на фасаде до восстановления утраченных обоев и дверных ручек в помещениях.
Нечто подобное ожидал петербургский КГИОП от управляющей компании «Бекар», которая в апреле 2001 года распоряжением губернатора Санкт-Петербурга получила статус агентства развития территории в районе Выборгской и Пироговской набережных. Там расположены, помимо прочего, бывшие производственные и административные здания семьи Нобелей. Тех самых, которые, потеряв все активы в России после революции 1917 года, развернули бизнес в других странах и учредили Нобелевскую премию.
От жилого особняка Нобелей с заводоуправлением (Пироговская набережная, 19) УК «Бекар» отказалась почти сразу. «Казалось бы, условия были более чем приемлемыми: арендная ставка составляла $13 за 1 кв. м. Общая площадь здания —6 тыс. кв. м. В общей сложности мы планировали вложить в проект около $300 тыс. Но КГИОП потребовал полной реставрации объекта, это потребовало бы вложения $3 тыс. на метр, то есть свыше $18 млн за все здание. Для 2002 года это были очень большие деньги. Мы посчитали реализацию проекта нецелесообразной», — рассказывал в 2013 году автору этих строк глава и учредитель «Бекара» Александр Шарапов. Исходя из курса доллара в 2002 году, о котором идет речь, $18 млн — это около 0,5 млрд рублей.
Соседний дом — бывшее управление Лесопильного завода Лебедева на Пироговской набережной, 17 — «Бекар» отремонтировал, вложив в объект площадью около 2,5 тыс. кв. м (из них арендопригодны 1,5 тыс.) больше $200 тыс., и несколько лет использовал как бизнес-центр «XIX век». Но в 2012 году КГИОП стал настаивать на его реставрации.
На одно только проведение экспертизы для определения исторического цвета фасада здания «Бекар» потратил 1 млн рублей. Фасадные работы по всем правилам реставрации были оценены в 26 млн рублей — против 570 тыс., в которые обошлась бы обычная покраска. На реставрацию потолка площадью 120 кв. м в дубовом зале особняка ушло бы еще 17 млн рублей.
УК прикинула окупаемость. В год она получала от сдачи помещений в БЦ «XIX век» около 12 млн рублей — исходя из арендных ставок 10–11 тыс. рублей за «квадрат» в год, из которых 3 тыс. компания отдавала за аренду городу. То есть только потолок в одном зале и фасады пришлось бы окупать около четырех лет, не тратя выручку больше ни на какие цели.
«Бекар» предложил Смольному скорректировать требования, но тот отказался. После многолетних судебных тяжб, дошедших до Верховного суда, компания покинула Пироговскую набережную.
Особняк Нобелей стоит заколоченным уже 26 лет, и за это время вандалы растащили или изломали все имевшиеся там интерьеры: мебель, старинный рояль, люстры, элементы декора. Дом Лебедева Смольный периодически пытается продать, в последний раз — в 2025 году за 420 млн рублей. Но желающих нет.
Эксклюзивная ставка для памятников
Плачевное состояние памятников — перманентная головная боль Минкульта РФ. По его оценке, по всей стране около 13 тыс. ОКН находится в неудовлетворительном состоянии. В декабре 2024 года министерство говорило, что в этом списке 6706 исторических усадеб, домов, флигелей, 2676 объектов религиозного назначения, 1388 многоквартирных домов, 1047 сооружений (мосты, ворота и др.). «Более 2 тыс. ОКН — это неиспользуемые объекты гражданского назначения (усадьбы, особняки, бывшие жилые дома и административные здания), которые могут быть вовлечены в хозяйственный оборот с привлечением внебюджетных средств и приспособлены под различные направления современного использования», — сообщили CRE в Минкульте.
У государства нет средств на то, чтобы содержать такие объемы памятников, а инвесторы часто не видят экономических резонов браться за это.
Чтобы повысить привлекательность таких проектов, Минкульт совместно с госкорпорацией Дом.РФ разработал пилотную программу льготного кредитования проектов восстановления памятников. Она стартовала в декабре 2024 года и поначалу включала 24 ОКН в восьми регионах: Забайкальском крае, Нижегородской, Новгородской, Рязанской, Самарской, Смоленской, Тверской и Ярославской областях. Инвесторам, которые готовы были на торгах Дом.РФ приобрести эти объекты, предложили займы под 7% годовых. Срок реализации проекта не должен был превышать 8,5 лет.
В июне 2025 года перечень пилотных памятников расширили до 27, добавив три лота в Курске, а в июле, когда Банк России снизил ключевую ставку до 18%, пилотные проекты стали кредитовать под 4%.
На данный момент найдены инвесторы для первых 24 памятников (см. перечень). Это жилые дома, вспомогательные, промышленные, коммерческие и другие объекты, построенные с середины XVIII по первую половину XX века. В отношении большинства из них уже ведется разработка проектной документации, сообщили в службе внешних коммуникаций Дом.РФ.
«Пилотный проект был необходим для определения потребности бизнес-сообщества в исторических зданиях в целях их дальнейшего восстановления», — пояснили в пресс-службе Минкульта РФ.
«Пилот» показал, что интерес предпринимателей к памятникам высокий, а предлагаемые государством финансовые меры поддержки востребованы, учитывая «низкую инвестиционную привлекательность, длительные сроки реализации и окупаемости, значительную долю обязательных затрат, не формирующих прямую доходность», добавили в Дом.РФ.
«Пилоты» не летят за деньгами
Признав идею, отработанную на «пилоте», перспективной, в декабре 2025 года кабмин РФ распоряжением 3773-р утвердил программу «Сохранение объектов культурного наследия народов РФ» до 2045 года. Она также предусматривает финансирование ОКН на особых условиях, чтобы к 2030 году при участии Дом.РФ было приведено в удовлетворительное состояние не менее 1000 памятников. Льготные кредиты на них выдают Банк Дом.РФ, ВТБ, Сбербанк, Совкомбанк, Альфа-банк и ВЭБ.РФ.
Правда, для финансирования восстановительных работ ОКН по этой программе ставка значительно выше, чем для «пилотов», — она составляет 9% годовых. Отдельное условие — для охраняемых зданий, которые приспосабливают под гостиницы категории «3 звезды» и выше площадью минимум 500 кв. м, не менее чем на десять номеров. Для таких проектов выдают кредиты под 6%.
По данным Дом.РФ, уже свыше 500 ОКН переданы инвесторам, и до конца 2026 года ожидается передача еще более 600.
Кредиты пока получили только 19 проектов в 12 регионах. Согласно отчетности Дом.РФ, по программе выданы займы на 4,83 млрд рублей для приведения в порядок ОКН совокупной площадью 25,86 тыс. кв. м.
Как пояснили в Дом.РФ, претендовать на льготное финансирование может любой инвестор, а не только тот, что приобрел ОКН на торгах госкорпорации. То есть в программу задним числом попадают проекты, стартовавшие до запуска программы.
Например, девелопер GloraX, который стал первым заемщиком в новом инвестиционном механизме, в июле 2025 года получил в Банке Дом.РФ 645,62 млн рублей на реставрацию в Нижнем Новгороде исторических зданий «Комплекс мукомольной мельницы торгового дома „Емельян Башкиров с сыновьями“» и «Мельница Дегтярёва». Эти объекты культурного наследия GloraX не приобретал на торгах Дом.РФ: памятники входят в состав концессионного соглашения, которое девелопер подписал с нижегородскими властями в 2021 году.
Девелопер намерен интегрировать ОКН в свой строящийся премиальный ЖК «Статус на Черниговской», рассказал Ильнар Шириезданов, директор по управлению проектами GloraX Северо-Приволжского региона.
В частности, «Дом Башкирова» станет клубным домом на 57 квартир, с деловой гостиной и рестораном на первом этаже. В зданиях бывших общежитий для рабочих и лабазов, входящих в комплекс «Дом Килевейна», появятся апартаменты и коммерческие пространства. «Интерес к этим объектам связан не только с их архитектурной и исторической ценностью, но и с потенциалом всей территории Благовещенской слободы. Это уникальная для города локация, где можно соединить историческое наследие и современную городскую среду», — считает Шириезданов.
Второй льготный кредит на ОКН (117 млн рублей под 9% от Банка Дом.РФ) в августе 2025 года получила компания «Третий Тайм» для реставрации московского здания «Дом, в котором жил Андреев Николай Андреевич в 1900–1932 гг.». Этот объект также стартовал до программы Дом.РФ: в 2022 году столичные власти выставили его на торги в формате «год за рубль» — это значит, что инвестор по завершении проекта будет платить за аренду здания всего по рублю за 1 кв. м в год. Договор с компанией «Третий Тайм» был подписан в 2023 году. Компания не ответила на запрос CRE. СМИ писали, что инвестор собирается отреставрировать ОКН под жилье.
Третий заем (10 млн рублей под 9%) получила в феврале 2026 года компания ООО «Прадо», которая приобрела бывшие офицерские казармы в Казани на торгах Минземимущества Татарстана в 2024 году. Причем через год «Прадо» попыталась избавиться от памятника, выставив его на продажу за 350 млн рублей. Связаться с фирмой «Прадо» и выяснить причины такого решения нам не удалось. В сообщении Дом.РФ говорится, что инвестор разместит в здании бизнес-центр.
Из пилотных ОКН заем под льготные 4% годовых получила пока только одна компания: в декабре 2025 года Банк Дом.РФ выдал ООО «Сфера» 248 млн рублей для восстановления «Флигеля хозяйственного с каретником» в Ярославле. Инвестор приобрел лот на торгах Дом.РФ в мае 2025 года. Связаться со «Сферой» не удалось, Дом.РФ сообщал, что в 2027 году компания откроет в ОКН гостиницу.
Непредсказуемость правил
Выигрышные на общем кредитном фоне условия финансирования не спровоцировали ажиотажа среди инвесторов, желающих взяться за памятники. Спрос на льготные займы минимальный. В приватных беседах участники процесса объясняют эту пассивность: если инвестор не потянет реставрацию и откажется от объекта, то по крайней мере ему не придется разбираться с банком.
В апреле глава Дом.РФ Виталий Мутко призвал региональных чиновников «активнее включиться в работу по восстановлению ОКН». Но одна из главных проблем, которая отпугивает бизнес — непредсказуемость действий властей. Никто из инвесторов не застрахован от того, что сегодня будут перечеркнуты договоренности, обозначенные вчера.
Такое открытие сделал арендатор дома поэта Аполлона Майкова на Большой Спасской в Москве — юридическая фирма «Городисский и партнёры». В 2003 году она взяла ОКН в аренду на 25 лет, вложила в восстановление 233 млн рублей и, по условиям договора, с окончания реставрационных работ в 2013 году должна была платить льготную арендную ставку. Но в 2019 году Дом.РФ посчитал, что к этому моменту «юристы давно окупили свои затраты», и включил здание в список для продажи на торгах. А инвестору предложил съехать.
Однако юрфирма не согласилась. Она дошла до Верховного суда и доказала, что вернула лишь около 10% инвестиций. А также отсудила у Дом.РФ около 221 млн рублей в счет затрат, понесенных на реставрацию ОКН, а также судебных расходов.
Юристы покинули офис, а в декабре 2023 года выкупили лот на торгах Дом.РФ за 398,54 млн рублей.
Аварийность в качестве бонуса
Риски непредсказуемости в работе с ОКН связаны не только с позицией властей, но и с состоянием самих объектов. «Такие проекты почти всегда сопряжены с дополнительными рисками: в процессе обследований и работ могут появляться новые вводные, требующие корректировки проектных решений, дополнительных согласований и увеличения бюджета», — отмечает Ильнар Шириезданов.
Мукомольный комплекс Башкировых, который приобрел GloraX, неоднократно перестраивался после пожаров и разрушений, а в 2000-е годы фактически был заброшен. Здания чудом уцелели и попали к инвестору в крайне плачевном состоянии.
Разрабатывая проект, девелопер руководствовался данными государственной историко-культурной экспертизы, которую он заказал экспертам, аккредитованным Минкультом. В соответствии с этим анализом, фасады, окна и материалы капитальных фундаментов комплекса являются предметом охраны. Поэтому их необходимо было реконструировать в точности по историческим чертежам рубежа XIX–XX веков. «При этом сохранилось очень мало архивных документов, поэтому проектирование во многом опиралось на изыскания и детальные обследования здания», — рассказывает Ильнар Шириезданов.
Группе ЛСР тоже пришлось проводить серьезные исторические изыскания, чтобы восстановить и приспособить к современному использованию здание 1778 года постройки на Зубовской улице в Москве. За долгую жизнь оно прошло немало испытаний и «к моменту приобретения его Группой ЛСР было практически превращено в руины», сообщили в пресс-службе компании.
В сотрудничестве с Департаментом культурного наследия Москвы, который «вел строжайший контроль за каждым действием», девелопер привел в порядок историческую кирпичную кладку внутри здания, гигантскую печную трубу, сводчатые потолки, восстановил лепнину XVIII века и оригинальный цвет фасадов.
Проекты, включающие ОКН, требуют привлечения специализированных лицензированных организаций, разработки отдельных проектных решений и прохождения дополнительных согласований в профильных органах охраны наследия, отмечает Алексей Синявский, операционный директор компании «Колди».
На месте дореволюционного промышленного холодильника (Москва, Жуков проезд, 8) «Колди» строит офисный центр «Таллер». И хотя исторический холодильник не получил охранного статуса, вокруг этого проекта было немало градозащитных баталий. В частности, Москомархитектура требовала восстановить один из старейших в столице холодильных комплексов и вписать его в реализуемый проект.
Инвестор счел это экономически нецелесообразным и снес здание. Оно находилось в аварийном состоянии, «утратило конструктивную целостность и не подлежало восстановлению», пояснил Алексей Синявский. Тем не менее «Колди» в составе «Таллера» воссоздал один из узнаваемых элементов холодильника — башенку, которая стала отсылкой к истории места.
Компании ООО «Строймедиа» (СМИ связывают ее с депутатом Тамбовской городской думы от ВПП «Родина» Алексеем Моториным) тоже пришлось снести дом-памятник в Тамбове, который она приобрела в январе 2024 года на муниципальных торгах. Этот двухэтажный дом на улице Советской, 67 инвестор купил за 4,9 млн рублей и собирался приспособить его под стоматологическую клинику. По условиям торгов он должен был уложиться со строительными работами в три года.
Но уже на этапе проектирования процесс затянулся, и в октябре 2024-го «Строймедиа» оштрафовали на 100 тыс. рублей за несоблюдение графика. А в ноябре инвестор почти полностью снес здание.
Тамбовские СМИ писали, что до торгов об аварийном состоянии ОКН компания не знала и поначалу планировала только капремонт дома. Но в процессе работ выяснилось, что конструкции так изношены, что могут обрушиться в любой момент. В «Строймедиа» не ответили на вопросы CRE. Можно предположить, что реальные инвестиции компании оказались выше расчетных, так как ей пришлось не только проводить необходимую историко-культурную экспертизу, но и практически полностью переделывать проект. «Такие процессы существенно увеличивают сроки и стоимость девелопмента, а также накладывают ограничения на архитектурные и инженерные решения, что требует иной модели управления проектом и его экономикой», — отмечает Алексей Синявский, основываясь на опыте «Колди».
Без лифтов и канализации
В отличие от обычного девелопмента, восстановление ОКН почти всегда требует навыков, которые в народе называются «впихнуть невпихуемое». Исторические памятники обыкновенно здания без современных архитектурных и инженерных опций: там нет систем вентиляции, часто отсутствует канализация, водопровод, лифты, пространство организовано так, что сегодня его сложно использовать эффективно. Причем это касается не только построек далекого прошлого, но и зданий столетней давности. А без соблюдения противопожарных, санитарных и прочих нормативов получить разрешение на эксплуатацию объекта не выйдет.
С такой проблемой столкнулся банк ВТБ, который в 2024 году взялся восстанавливать Дом Благородного собрания, он же Дом Радио на Итальянской улице в Петербурге. Здание было построено в 1914 году, пережило бомбежки во время Великой Отечественной войны, потом многочисленные внутренние переделки.
ВТБ решил разместить в нем культурно-просветительский центр, но для этого пришлось менять в здании всю инженерную «начинку». «Дело даже не столько в том, что обветшали те или иные элементы, а в том, что в целом все инженерные системы полностью устарели и не отвечают современным требованиям к объектам, в которых могут проводиться публичные культурные мероприятия. Например, как минимум, чтобы работающие там люди и гости могли себя комфортно чувствовать, нужно было сделать нормальную вентиляцию, модернизировать электрические сети и прочие коммуникации. Вентиляция осталась такой, какой была устроена при строительстве Дома Благородного собрания более ста лет назад. Летом там просто нечем было дышать. В здании полностью отсутствовала система пожаротушения и пожарной безопасности», — рассказывала в 2025 году старший вице-президент ВТБ Дарья Филиппова.
Сложность в том, чтобы вписать всю инженерию в имеющиеся площади и при этом, не меняя конструктива, оптимизировать внутреннюю логистику будущего общественного пространства.
В администрации Новгородской области так описали нетривиальную задачу, которая стоит перед инвестором при восстановлении памятников: «Внешний облик ОКН после реставрации должен соответствовать его внутреннему содержанию, а также давать возможность вдохнуть в старый объект новые смыслы и новую экономику с минимальными инвестициями».
У таких серьезных инвесторов, как ВТБ, достаточно средств, чтобы найти решение этой задачи (эксперты оценивают бюджет проекта Дома Радио в 2,5 млрд рублей). Но разрушающихся памятников в России больше, чем крупных банков.
«Девелопер, работая со зданиями-памятниками, сталкивается не только с технологическими и стоимостными вызовами, но и со сложностями финансовой модели: стандартные механизмы, включая продажу квартир по договорам долевого участия и классическое проектное финансирование, в таких случаях часто недоступны или существенно ограничены», — комментирует Ильнар Шириезданов.
По его мнению, программа льготного кредитования ОКН очень помогает сделать проекты по восстановлению исторических зданий более привлекательными для инвесторов. Но властям еще есть над чем работать. Например, сейчас нельзя начинать продажу квартир или апартаментов в ОКН, пока не завершено его восстановление. Это существенно увеличивает финансовую нагрузку на инвестора: вложения в объект начинаются задолго до того, как проект может генерировать выручку, поясняет Ильнар Шириезданов.
Если бы у бизнеса была возможность реализовывать лоты по мере восстановления объекта, это сделало бы экономику таких проектов более устойчивой, добавляет он: «Для инвестора это снизило бы нагрузку на собственный капитал и заемное финансирование, а для государства стало бы дополнительным стимулом вовлекать больше частных средств в сохранение исторического наследия».
Затраты несоразмерны экономике
Региональные власти признают: работать с памятниками сложно.
«Построенные сто и более лет назад объекты часто не рассчитаны на современную интенсивную нагрузку: деревянные перекрытия, малые энергетические мощности, устаревшие коммуникации накладывают ограничения на эксплуатацию, стоимость и объемы реставрации», — отмечают в администрации Курской области.
Поэтому любую помощь со стороны федеральных властей чиновники приветствуют. Это не только льготное финансирование, отмечают в Курской области. В этом году Агентство стратегических инициатив запустило бесплатный обучающий курс «ПроНАСледие», который помогает инвесторам разобраться в вопросах работы с ОКН. Федеральные власти сокращают сроки рассмотрения документов по таким проектам, переводят документооборот на Госуслуги.
В самой Курской области тоже стараются облегчить жизнь инвест орам. Например, перевели часть документов в элект ронный формат: выдача паспорта ОКН, задания и разрешения на проведение работ по сохранению ОКН.
В регионе поделились успешными примерами привлечения инвесторов к восстановлению ОКН. В частности, это «Здание конюшни государственного конезаводства» (XIX века постройки), которое было аварийным после того, как в 2017 году его покинул обанкротившийся Завод упорных подшипников. Предприниматель Павел Шуклин восстановил бывшие царские конюшни, сегодня здесь культурно-досуговый кластер Zavod.
В 2024–2026 годах в Курской области была завершена реставрация настенной живописи в ОКН «Церковь Троицы (Нижняя)» (XVII век), восстановлены «Ансамбль усадьбы фон-Фолимоновых» (XIX век), «Дом купца Ф. И. Озерова» (XIX век), «Дом А. Ф. Безходарного» (конец XIX — начало XX века) и другие объекты.
В Новгородской области считают успешным опыт региона по вовлечению в туристскую инфраструктуру памятников, находившихся в неудовлетворительном состоянии. «Чаще всего восстановленные ОКН — это гостиничный бизнес, рестораны и гастроплощадки, магазины для продажи сувенирной продукции ручной работы», — уточнили в администрации региона.
Только в 2025 году в Новгородской области проводились работы по сохранению на более чем 60 объектах культурного наследия, среди которых: церковь Петра и Павла на Синичьей горе, церковь Троицы Духова монастыря, церковь Никиты в Великом Новгороде и другие.
В Госинспекции по охране ОКН Рязанской области также рассказали, что помимо программы Дом.РФ, регион самостоятельно ищет инвесторов, а также привлекает средства бюджетов разных уровней. В последние годы восстановлены и приспособлены к современному использованию здания Водочного завода, Гостиного двора, Городских торговых рядов, Благородного собрания, усадьба Кашиных и прочие объекты.
В Самарской области перечисляют десятки удачных проектов восстановления ОКН с 2021 года: здание пивного бара фон Вакано, 1903 г., особняк Жоголева, городской особняк купцов Савельевых, особняк Стерлядкина 1908–1910 гг. и т. д. «В основном такие объекты переоборудуют под гостиницы и объекты общественного питания», — говорят в департаменте информполитики региона.
Несмотря на все проблемы, связанные с такими проектами, региональные чиновники уверены, что охраняемые объекты привлекательны для бизнеса. «Сам факт покупки инвесторами ОКН подтверждает заинтересованность объектами недвижимости», — отметили в Самарской области.
Мнение инвесторов несколько отличается. Работа с ОКН — это «баланс между сохранением исторической идентичности и экономикой проекта», говорит Алексей Синявский. «С одной стороны, такие здания формируют уникальный облик города и сохраняют память места. С другой — требуют значительных инвестиций и профессиональной экспертизы. Если объект находится в хорошем состоянии и допускает бережную адаптацию, его интеграция может стать сильным преимуществом с точки зрения архитектуры и позиционирования. Однако в случаях, когда здание требует глубокого восстановления, затраты зачастую оказываются несоразмерными потенциальной экономике проекта», — резюмирует он.
Иными словами, ОКН в выигрышном месте и с удачными архитектурными и инженерными параметрами имеют неплохие шансы найти хозяев и быть восстановленными. Остальные фактически обречены на разрушение. Если Дом.РФ удастся пристроить тысячу памятников к 2030 году, то останется еще минимум 12 тысяч. Найти для них инвесторов — задача не из легких.